ос
ли бы его из рода. Хуже-то всего —Орешек не
стал говорить, да молодцы и сами уж поняли —
то, что мужики за спинами девочек спрятались!
А сами бражку для спокойствия попивали!
Готы все же вошли в Мысков —и не посмели
миролюбивые мысковичи закрыть перед ними
ворота. Ведь любому ведомо: коли принял дары,
отведал хлеба-соли да добрую чару пригубил, то
и сам отблагодарить обязан. А уж лиха чинить —
и подумать не моги!
Но непрошеные гости не пошли в натоплен
ные к их приходу баньки, не сели за пир честной.
Они кинулись шарить по теремам да хлевам, вы
водить скотинку, выносить собранный пбтом
урожай, тянуть нажитое трудом добро, рыться
в девичьем приданном, прибирать к рукам не
только венцы, кольца да ожерелья, но и искус
но шитые сорочки да рушники... Обобрав терем,
безпогцадно поджигали... Иные пошли хватать за
косы девиц, срывать платки с молодиц, бить воз
мущенных мужиков, сгонять народ на ту самую
площадь, где всего-то за полдня прежде в лихо
такое и не верили.
Кто противился —убивали. Без счету. А пья
ных с ног валить — большого умения не надо,
сами, словно снопы, падают! Велесова жертва
потому получилась семикратной.
Убит был и Лис Медведич, который все пы
тался поладить миром, посулить большую вы-
