ос
ных камнях. Постояв над ним в раздумье, дева
неожиданно запела: заклекотала соколиным кле
котом, засвистала соловьиным посвистом.
На зов сей же миг явилось чудо —три велико
лепных коня: сивый, бурый и каурый —все три
с гривами цвета белого золота. Примчались —и
встали перед ней, замерли, словно лист перед
травой.
Одного она взнуздала золоченой уздечкой,
другого покрыла плащом, подняла и взвалила на
плащ Гермеса, —и, не очень-то обращая внима
ние на его стоны, крепко привязала к седлу.
Вот теперь Гермес испугался по-настоящему.
«Ну, я идиот! —подумал он, холодея от ужаса. —
Надо было прикинуться мертвым... не иначе, от
везет к своим —чтобы подвергнуть истязаниям,
чтобы отыграться на слабом и беззащитном за
оскорбление. Или, в лучшем случае, сделает ра
бом. А, может быть, —при всей боли, терзавшей
его тело, он почувствовал, как волосы от страха
у него становятся дыбом, —дикарка съесть меня
хочет?.. Такая богатырша наверняка человечи
ной питается...»
Мелентий говорил как-то, но Гермес тогда от
махнулся, как от глупой шутки, —что среди Ски
фов есть и андрофаги-людоеды: над пленниками
измываются —то ухо отсекут, то руку, то... страш
но подумать что... смеясь, подбрасывают вверх и
ловят на остро отточенные пики, состязаются в
меткости: кто что поймал, тот это и съест —чтобы
