укллегон
которой он произошел, но ни мальчик, ни его
мать даже не задумывались об этом: там, где они
обитали, о приличиях никогда речей не вели, а
те полуслова-полуплевки, которые они изрыга
ли, казались им обычными.
То, что так именоваться не годится, ему ска
зал один очень ученый человек —странствующий
актер, запутанными тропами нелегкой судьбы за
несенный на их помойку. Он много интересного
рассказал любопытному мальчишке о богах, ца
рях и героях, он же дал воришке имя Йирмья —за
жгучий, цепкий взгляд черных глаз —и предрек
ему великую судьбу. «Во влашть твою отдам гор
дый народ Князя Рош...» —бормотал шепелявым
беззубым ртом. Или что-то в этом роде.
Но судьба что-то не спешила осчастливить
Иеремию. Напротив, вскоре после пророчества
воришка глупо попался на какой-то мелочи.
И его отправили на рудник. Труд был тяжел,
пища скудна, плети надсмотрщиков прожига
ли до костей, всепроникающая пыль разъедала
горло и глаза. Рудничные рабы мерли, как мухи.
Если бы Иеремия ждал, пока фортуна о нем
вспомнит, он так бы там и сдох. Но он решил
взять кормило в свои руки и, найдя хитроумно
го и опытного товарища —Грека из Месембрии
по имени Мелентий,— ухитрился бежать. Бе
глецы скрывались в горах, собрали шайку себе
подобных, грабили проезжающих по большой
дороге. Когда везло, сильно напивались и, оду-
