укллегон
го бога Аполлона бы с него ваять! —замерла бла
женная улыбка — словно встретился Лебедь со
своей долгожданной суженой... Сумасшедший
самоубийца —одно слово!
Пытался Ярема и со зрелыми мужами пого
ворить о том, что ему казалось таким естествен
ным —ведь у цивилизованных Ромеев и дети не
считали зазорным распространяться о телесном
устройстве, о телесных отправлениях и жела
ниях, об удовлетворенной плоти, о похождени
ях и забавах, в которых участвовали наравне со
взрослыми. Собственно, мальчики даже больше
ценились в этом смысле, чем взрослые. Но ма
терые скифские мужи —отцы многодетных се
мейств! —в смущении краснели, словно юные
девы, старались учтиво, но твердо от него поско
рее отделаться. Дикари!
А жар в чреслах так и жег Ярему —хоть к по-
левцам беги!
Однажды, когда Ярема попробовал было уго
ворить одного мальчугана послужить для его
удовольствия, то он чуть не схлопотал по уже
однажды сломанной шее. А уцелел только бла
годаря заступничеству старца, который отблаго
дарил себя за спасение кощея от колотушек тем,
что чуть ли не полдня поучал его, рассказывая о
строгости росских нравов и целомудренном от
ношении Россов к телу —и чужому, и своему.
Россам, вишь ли, их Небесный Отец запове
дал: одному мужу одну жену имети, а одной жене
№
