укллегон
какое-то снадобье, которое от него скрывали,
или какое-то колдовство! Ему —так, для отво
да глаз —детские сказки сказывали о хранении
тела и души в чистоте и воздержании...
И про тайну — чушь! Однажды Ярему — по
указке Бабы Костяной Ноги —двое голых мужи
ков —и тут-то уж они своей наготы почему-то не
стеснялись —подвергли страшному истязанию,
какому-то жуткому дикарскому обряду, который,
и вправду, на время принес ему некоторое улуч
шение самочувствия, но на вторую такую пытку
он бы ни за какие блага мира не отважился. Его
затащили в маленький деревянный домик, в ко
тором не было никакой обстановки —одни толь
ко лавки по стенам и бочонки, полные горячей
воды. Как над ним измывались! С него силком со
рвали одежды, окатили кипятком, натерли какой-
то вонючей глиной, от которой пошла страшная
ядовитая пена, а тело и глаза противно защипа
ло; потом, когда он размяк от тепла, повалили
на лавку —и долго избивали связками березовых
ветвей, скребли кожу специально изобретенны
ми для этого кошмарного злодейства скребка
ми —думал, до крови все сдерут! —ошпаривали
кипятком... Он кричал, плакал и стонал, а они —
лиходеи! — довольно приговаривали: «Хорош!
Хорош!». А когда он подумал, что вот-вот уже,
замученный до смерти, задохнется в этом березо
вом пару, его вытолкнули из домика —и бросили
в холодную воду протекавшей неподалеку речки.
