ос
Владамарка —виной тому, что Кощей до сих пор
жив! И после всего этого —не просто мириться с
Кощеевой девкой, так унизившей его, знатного
гота Сара, а венчаться с ней, признать ее Кони-
гиней, законной повелительницей народа!
— Я тебе не присягал! —вопил Сар. —Жизнь
мою спасать никто тебя не просил! Лучше б ты
меня сам добил! Ты отнял у меня единственное,
что у меня осталось —месть! Теперь не Конизь,
не друг ты мне, а кровный враг!
Но счастливый Болемир словно не слышал
кощунственных слов Сара. И Владамарка —хоть
ее эти слова касались больше всех —тоже тер
пеливо переносила оскорбления, будто готова
была даже щеки свои румяные подставить под
оплеухи.
Ну да, все верно, эти гунны смиренны, обу
чены и поношению, и терпению, иначе и в гунн
ское братство не примут...
«Повинную голову меч не сечет»,— говори
ли Сару гунны, ласково уводя его под белы ру
ченьки, похлопывая его успокаивающе по плечу
и с улыбками глядя на ладную чету. Сар в злобе
сбрасывал дружескую руку, отталкивал нена
вистного миротворца и... плевал наземь!
Ничто их не брало: все ходили, словно зача
рованные. Глядя на них, братались и Болемиро-
вы гунны с готами из гвардии Кощеевой племян
ницы.
