укллегон
Надо, чтобы Болемир понял, что она ждет
его слова. И чтобы никто не догадался о том, что
Кощеева смерть —в двух шагах от него!
Она билась, как во сне —почти не видя про
тивника. Кожей ощущала присутствие Болемира.
Хотела выбить меч, но нечаянно ранила Сара, не
рассчитав его стремительного встречного движе
ния и едва успев отвести от него смертоносное
лезвие. Когда Сар упал, княжна в растерянности
стояла, не зная, что делать... Почти не видела,
как был ранен Кощей... И в смятении от того,
что ничего не произошло, что они слова друг
другу не молвили, от того, что Болемир теперь
не смотрел на нее, от того, что он ее, наверное,
уж теперь-то ни за что не простит —умчалась,
унося раненого Кощея и уводя с собой Кощееву
рать, не позволив никому добить Сара.
Теперь, омытый мертвой и живой водой, с
наложенной на рану свежевырезанной бычьей
печенью, безсмертный Ярмонарек лежал и слад
ко постанывал на своем золоченом ложе. Он
чувствовал себя уже намного лучше, знал, что
рана эта —не смертельна, и на этот раз он вста
нет на ноги борзее прежнего. Но постонать надо
было —она... василисса была рядом.
Если нечеловеческое Кощеево сердце и спо
собно было на какое-то чувство, на привязан
ность, то именно это — какой-то трепет перед
той, что сильнее, умнее, жестче его —и гордость,
