«готы», знай себе, ухмыляются, едва от хохота
удерживаются —ведь он, сам того не ведая, не
пристойностями так и сыплет...
Все, чему учили матери и отцы, деды и баб
ки —вздор! Выдумка для того, чтобы подчинить
себе, заставить на себя работать! Вот ведь говори
ли, что если Матушку-Землю не почитать, плевать
на нее, то она и рожать перестанет, а Отец-Небо
нашлет на род людской беды неминучие! Вот, по
жалуйста, плюнул —и еще раз, и еще! —и ни
чегошеньки ровным счетом не произошло —ни
гром не грянул, ни ветерок ни подул... Бога нет.
Свобода: можно все — и ничего тебе за это не
будет!
И, чтобы доказать это, Ярема-рек с группой
удальцов, решивших на деле проявить свою хра
брость, преданность свободе и ему, своему реку,
разворотили древние конижеские захоронения.
Золота набрали —уйму! А мертвец —что он сде
лает? —куча костей! И верные воины, и жена, и
слуги, по своей глупой вере добровольно легшие
когда-то с ним в могилу,—чтобы послужить ему,
защитить его —ха! —тоже трухлявая куча костей!
Никто не встал из могилы, никто не пришел из
темной ночи ни на другой день, ни на седьмой, ни
потом. Ничего не было! А золотишко —вот оно-то!
Безстрашный разоритель курганов, расхити
тель гробниц, он был теперь настоящий рек —
Ярема-рек, позже —Ярмонарек. Так оно звучало
лучше —как-то по-иностранному для Скифов,
